Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова






НазваниеСобриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова
страница3/58
Дата публикации29.03.2015
Размер9.39 Mb.
ТипМонография
d.120-bal.ru > Психология > Монография
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   58
"буржуазия идет на злейшие преступления, подкупая отбросы общества и опустившиеся элементы, спаивая их для целей погромов" (24).

В Петрограде организатором беспорядков явилась кадетская партия. Сложность обстановки в городе усугублялась острой нехваткой продовольствия. Кроме того, определенная часть населения ошибочно понимала свершившуюся революцию как провозглашение абсолютной свободы, как вседозволенность. Все это учитывалось лидерами кадетской партии. В Петрограде к октябрю 1917 года оказались большие запасы спирта для нужд промышленности, коллекции вин.

В связи с этим определенное место в планах контрреволюционеров занимала организация винных погромов, ставших одним из способов спаивания населения, дестабилизации обстановки в городе. Для подготовки винных погромов была создана преступная организация, которая располагала крупными денежными средствами. Специальные группы работали среди солдат, провоцируя их на погромы, указывая им места хранения спиртного. Организация создавала тайные склады спирта и вина. В трактирах осуществлялась продажа водки по крайне низким ценам или вообще бесплатная ее раздача. Издавались контрреволюционные прокламации погромного содержания с указанием местонахождения складов спирта (25).

В результате подрывной деятельности кадетов при поддержке анархистов и уголовников по Петрограду в конце ноября - начале декабря 1917 года прокатилась волна пьяных погромов. Началом выступлений стала попытка разгрома 23 ноября винных погребов Зимнего дворца, где хранилась огромная коллекция вин. Красногвардейцы, охранявшие их, не имея возможности сдержать погромщиков, вынуждены были уничтожить вино (26).

Вслед за этим разгрому подверглись другие винные склады. Около них собирались многочисленные толпы. Провокаторы, находившиеся там, пытались вызвать стычки с охраной (которая из-за своей малочисленности, в большинстве случаев, не могла остановить погромщиков).

Резкое усиление беспорядков произошло в начале декабря 1917 года, когда в течение суток отмечались десятки случаев разгромов складов спиртного (27). Следствием этого стало резкое повышение количества уголовных преступлений. В Петрограде сложилась критическая обстановка. "Город оказался беззащитной добычей погромного элемента, хулиганья, погромной агитации и ножевых расправ. Это была мутная вода, в которой контрреволюции легко было удить рыбку и пачкать грязью лицо революции",  - так писал в своих воспоминаниях Н.И. Подвойский, бывший в то время, председателем Петроградского военно-революционного комитета (28).

Задачей ВРК была охрана города, в том числе и поддержание в нем революционного порядка. Чрезвычайно много комитет сделал для борьбы с пьянством и хулиганством. С первых дней Советской власти он принимал решительные меры для предотвращения анархии и уголовщины. Уже 25 октября 1917 года ВРК блокировал спиртные склады. А на следующий день, 26 октября, он предписал всем районным Советам рабочих и солдатских депутатов уничтожить запасы спирта, разбросанные в различных частях города. Лишь некоторое количество его должно было быть оставлено для технических целей.

Выполнение этого и других приказов Военно-революционного комитета было возложено районными Советами на отряды Красной гвардии. Красногвардейцы охраняли склады спирта, арестовывали спекулянтов и тех, кто подстрекал людей к погромам.

В связи с резким увеличением количества контрреволюционных выступлений 6 декабря 1917 года состоялось общегородское собрание представителей воинских частей и штабов Красной гвардии. В резолюции, принятой на собрании, речь шла о создании районных комитетов по борьбе с погромами и пьянством, а также о формировании сводных отрядов для охраны революционного порядка из надежных людей (29).

Учитывая сложность создавшейся в городе ситуации ВРК издавал суровые приказы о предании военно-революционному суду за сокрытие запасов вина и спирта, спекуляцию, за подстрекательство к погромам, даже за появление на улице в нетрезвом виде.

В то же время Комитет в своей деятельности опирался на широкую помощь трудящихся города. Он издал обращение "Ко всем гражданам Петрограда", в котором предлагалось сообщать в Смольный о местонахождении винных складов, не уничтожать их самовольно и т.д. (30). Обращение было подписано комиссаром ВРК по борьбе с алкоголизмом и азартом И. Балашовым.

Опора на поддержку трудящихся Петрограда полностью оправдалась. Рабочие активно подключились к борьбе с погромщиками. На предприятиях Петрограда проводились митинги, на которых звучали призывы покончить с пьяными погромами и хулиганством. Трудящиеся формировали отряды для охраны складов. Рабочие патрули задерживали на улицах города пьяных, хулиганов, спекулянтов спиртным, провокаторов, призывавших к погромам.

В системе органов, обеспечивавших сохранение порядка в городе, немаловажную роль играли районные Советы рабочих и солдатских депутатов. Они явились связующим звеном между Петроградским ВРК и штабами Красной гвардии, воинскими частями и фабрично-заводскими комитетами. Районные Советы принимали обращения к населению, в которых звучали призывы к участию в борьбе с погромами, издавали постановления о мерах по борьбе с пьянством, создавали новый революционный аппарат для охраны порядка в городе.

Деятельность районных Советов направлял и контролировал Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов. Он оперативно реагировал на все выступления контрреволюции. Так, в ответ на попытку захвата винных погребов Зимнего дворца 24 ноября 1917 года, на следующий день Петросовет принял воззвание "Ко всему населению Петрограда", в котором, в частности, говорилось: "Не дадим, товарищи рабочие и солдаты, запятнать нашу революционную честь и нарушить наше революционное братство винными погромами и бесчинствами. Не поддадимся новой провокации контрреволюционеров, пытающихся утопить в вине и крови завоевания Октябрьской революции. Дадим решительный и беспощадный отпор контрреволюционным ордам погромщиков. Пусть знают все, что тот, кто будет уличен или замечен в организации или учинении погромов, будет считаться врагом народа и испытает всю силу и непоколебимость революционной воли петроградских рабочих и солдат" (31).

Петроградскому Совету активную помощь оказывала городская партийная организация. Она посылала своих членов на предприятия и в солдатские казармы. Большевики убеждали рабочих и солдат в том, что участвуя в погромах, они играют на руку контрреволюции, организовывали отряды по охране революционного порядка в городе, и сами были среди тех, кто патрулировал улицы Петрограда, не допуская никого к винным складам.

Именно по инициативе партии 4 декабря 1917 года Петросовет создал Особый комитет по борьбе с погромами. В него входили представители районных комитетов партии и Советов. Возглавил его большевик Г.И. Благонравов. Комитет должен был принять решительные меры по прекращению пьяных погромов: уничтожить винные склады, арестовать организаторов и участников выступлений. Для выполнения этой задачи Особому комитету были даны широкие полномочия (32). Пользуясь ими и принимая во внимание чрезвычайно сложную обстановку в городе, 6 декабря 1917 года Особый комитет по борьбе с погромами ввел в Петрограде осадное положение. Около винных складов были установлены пулеметы, за попытку разгрома расстреливали без предупреждения.

Помимо Военно-революционного комитета и Совета рабочих и солдатских депутатов охраной правопорядка в Петрограде занималась и созданная после Октября система революционных судов. Суды создавались самими рабочими. В их состав входили представители районных Советов, профсоюзов, фабрично-заводских комитетов. В основном, пролетарские суды рассматривали дела о кражах, спекуляции, хулиганстве, пьянстве. Меры наказания в большинстве своем ставили своей целью перевоспитание преступников.

В результате принятых энергичных мер в течение декабря 1917 года с винными погромами в Петрограде было покончено. Это не могло не повлиять на положение в городе. Количество преступлений уменьшилось, улучшилась моральная обстановка в Петрограде. В определенной мере установление твердого революционного порядка отразилось и на физическом здоровье людей (33).

Алкогольной ситуации в советский период и её исправления посвящена довольно обширная научная и научно-популярная литература. В последние годы по различным аспектам этой тематики опубликован ряд работ медиков, юристов, социологов (34). Однако специальных работ историков по данной проблеме мало (35, 36).

В январе 1919 года, выступая на II Всероссийском съезде профсоюзов, В.И. Ленин говорил: "Рабочий никогда не был отделен от старого общества китайской стеной. И у него сохранилось много традиционной психологии капиталистического общества. Рабочие строят новое общество, не превратившись в новых людей, которые чисты от грязи старого мира, а стоя по колени еще в этой грязи. Приходится только мечтать о том, чтобы очиститься от этой грязи. Было бы глубочайшей утопией думать, что это можно сделать немедленно" (37). Одним из проявлений этой "традиционной психологии" и было пьянство.

С самого начала Советская власть повела решительную борьбу с пьянством и самогоноварением, поставила задачу оградить население от преступных посягательств со стороны разного рода хулиганов, пьяниц и других преступных элементов (38).

В период империалистической интервенции и гражданской войны, когда интересы обороны социалистического отечества требовали полного напряжения всех сил трудящихся России, пьянство и самогоноварение стали особенно нетерпимы. В условиях резкого обострения в стране продовольственного положения, для пресечения переработки хлеба на самогон в мае 1918 года, был принят декрет ВЦИК и СНК о чрезвычайных полномочиях народного комиссара по продовольствию (39). Декрет предусматривал уголовную ответственность за самогоноварение в виде лишения свободы на срок не менее 10 лет с конфискацией имущества, изгнания навсегда из сельской общины и принудительных общественных работ. Самогоноварение было отнесено к наиболее опасным нарушениям социалистической законности.

В 1918 году органы советской милиции раскрыли 1521 тайный очаг самогоноварения. Однако рабоче-крестьянская милиция, на которую была возложена борьба с самогоноварением, могла ее вести активно только первые 2,5 месяца 1918. Как известно, уже в марте 1918 года началась военная интервенция империалистических держав против Советской России. Это обстоятельство существенным образом сказалось на всей деятельности советской милиции и на борьбе с пьянством и самогоноварением, так как главной задачей органов милиции стало посильное участие в борьбе с внутренней контрреволюцией. Между тем, продолжавшееся и в военных условиях тайное производство спиртных изделий грозило принять опасные размеры. Необходимо было срочно принять меры для борьбы с ним.

Именно этому вопросу и был посвящен проект "Карательных правил для борьбы с тайным винокурением и корчемством, вином", предложенный Народным комиссариатом финансов (40). Проект был составлен на основе рекомендаций, высказанных на межведомственном совещании 23 июля 1919 года, в котором приняли участие представители от народных комиссариатов внутренних дел, юстиции, земледелия, торговли, финансов и других ведомств (41). На совещании были высказаны предложения о необходимости более широкого привлечения трудящихся к антиалкогольной борьбе, а также о возложении общего руководства ею на специальный государственный орган. Этот проект и лег в основу известного постановления Совета Народных Комиссаров о запрещении в РСФСР без разрешения производства и продажи спиртных изделий и не относящихся к ним спиртосодержащих веществ от 19 декабря 1919 года (42).

В современной литературе это постановление нередко называют "сухим законом", но в прямом смысле слова этот декрет Совнаркома таковым не являлся, так как он в полной мере не запрещал потребление спиртных изделий. В соответствии с пунктом 1-м постановления в РСФСР повсеместно воспрещалось "изготовление без разрешения спирта, крепких напитков и не относящихся к напиткам спиртосодержащих веществ, из каких бы припасов или материалов, какими бы способами, какой бы крепости и в каком бы количестве спиртовые напитки и вещества ни были приготовлены".(78)

Пунктом 2-м запрещалась продажа спиртовых изделий и спиртосодержащих веществ. Согласно 3-му пункту декрета крепкими признавались изделия, в которых содержание винного спирта превышало полтора процента (градуса) по Траллесу. Для виноградных вин, дополнением к постановлению, за подписью Бричкиной, секретаря СНК РСФСР, допускалась крепость не выше 12° (43). В пункте 4-м постановления разъяснялось, что изделия с меньшим содержанием винного спирта, а также кумыс и кефир не считаются крепкими и допускаются, при отсутствии в них других одуряющих или вредных для здоровья примесей, к свободной продаже. Здесь же уточнялось, что применение хмеля при изготовлении крепких изделий не воспрещается. Пункты 6-й и 7-й декрета устанавливали порядок производства и условия продажи спирта, крепких изделий и не относящихся к ним спиртосодержащих веществ.

Текст постановления, насчитывавшего 16 пунктов, включал также статьи (№ 8-11), определявшие меры наказания за нарушение установленного порядка. В частности, за распитие незаконно изготовленных и незаконно полученных спиртных изделий, а также за появление в публичном месте в состоянии алкогольного одурманивания, виновные в том лица подвергались лишению свободы с принудительными работами на срок не менее одного года.

Постановление СНК от 19 декабря 1919 года было направлено, прежде всего, на сохранение хлеба, против переработки зерна на самогон, а также обеспечение потребности в спирте предприятий обороны и учреждений здравоохранения молодой Советской республики. Вместе с тем этот декрет убедительно свидетельствует о последовательной борьбе ленинского Совнаркома за здоровье народа, против распространения такой социально опасной и вредной зависимости, как алкоголизм.

Хотя декрет ленинского Совнаркома РСФСР от 19 декабря 1919 года и устанавливал суровую ответственность за производство самогона (лишение свободы на срок не менее 5 лет) и за появление в пьяном виде на улицах и в других общественных местах (лишение свободы на срок не менее 1 года) практически выполнить тогда эти пункты декрета было трудно.

Во-первых, довольно быстро движение боевых фронтов на территории Республики не позволяло, не только проконтролировать, но даже приблизительно представить размеры самогоноварения и пьянства.

Во-вторых, аппарат органов советской милиции, на который возлагался контроль за исполнением декрета, выполнял в этот период в первую очередь военную функцию по обороне страны, а также по борьбе с контрреволюцией и бандитизмом. Поэтому можно вполне определенно полагать, что в годы гражданской войны этот декрет осуществлялся недостаточно последовательно и повсеместно.

Вместе с тем необходимо подчеркнуть важное значение декрета СНК РСФСР от 19 декабря 1919 года, нанесшего серьезный удар по пьяным преступным элементам. Большое количество хлеба, который они хотели превратить в самогон, было передано населению страны. Среди широких масс трудящихся росло понимание того, что потребление алкоголя является большим социальным злом. (Коржихина Т.П. Указ. соч. С. 20-32).

Опыт Советской власти в борьбе за трезвость в первые годы ее существования сохраняет свою ценность и в наши дни.

Голод, последствия эпидемий, пагубное влияние империалистической, гражданской войн, иностранной интервенции, разлагающее влияние мелкобуржуазной стихии, а также дополнительное разрешение торговли вином в августе 1921 года способствовало росту беспризорных детей к концу 1921 года до 7 млн. человек. С первых шагов Советской власти правительство уделяло пристальное внимание детям, в том числе и беспризорным. В ноябре 1917 года была опубликована декларация Наркомпроса по дошкольному воспитанию, а в 1920 году в Советской России функционировало около 5 тысяч дошкольных учреждений. В 1919 году, по инициативе Н.К. Крупской, была организована Академия коммунистического воспитания. С 1920 года стали создаваться трудовые коммуны - особый вид учебно-воспитательных учреждений. В результате этих мер к концу 1924 года число беспризорных детей снизилось до 300 тысяч.

Торговля спиртным, как нам уже известно, была сильно ограничена в России еще в годы первой мировой войны. Декрет Совнаркома РСФСР от 19 декабря 1919 года "О запрещении в РСФСР без разрешения производства и продажи спирта, крепких напитков и не относящихся к напиткам спиртосодержащих веществ" опирался пусть на недолговечную, но все-таки квази-традицию (44). В этой связи декрет Совнаркома РСФСР от 9 августа 1921 года "О продаже виноградных, плодово-ягодных и изюмных вин" практически воспринимается как отмена предыдущего антиалкогольного законодательства. Следует, подчеркнуть, что закон 1921 года не был направлен на увеличение продажи водки. Запрет на производство и продажу водки был временно сохранен. Разрешена была, к сожалению, продажа вин крепостью до 14° (45).

Факторы принятия закона 1921 года, а также быстрого распространения пьянства к концу 1920-х гг. лежали, прежде всего, в экономических и социально-политических изменениях, произошедших в стране. Начавшаяся после введения НЭПа переоценка основ торговой политики привела к утечке государственных доходов за счет нерегламентированного производства и продажи спиртного. В начале 1920-х гг. фактом стала монополизация пивных в руках нэпманов. Погоня за выгодой неизбежно подталкивала их к обходу существующих законов. Усилилось проникновение частника в область виноделия, как и в другие отрасли пищевкусовой промышленности, суливших быстрый оборот вкладываемых средств. Высокая, в силу ряда причин, стоимость поступающих на рынок промышленных изделий и низкие цены на хлеб ("ножницы цен") заставляли мелких производителей прибегать к переработке хлеба на самогон. Масса частных посредников, наводнивших города после введения "свободной торговли" и в большинстве своем неучтенных, способствовала доставке самогона в винные лавки. Все это, конечно же, имело место. Но не это являлось причиной спаивания народа. Причина в другом, в отказе высшего руководства страны от политики отрезвления и переход к политике спаивания.

К сожалению, начиная с января 1920 года, начались послабления в отношении вина, затем пива, наливок и т.д. А в 1923 году произошла полная отмена ограничительных мер. Официально ни в одной газете, ни по радио не было объявлено, о разрешении продажи водки, просто постепенно она стала появляться. Первую водку в народе назвали «Рыковка» - по имени председателя Совнаркома. И в 1923 году работает уже 95 винных заводов, а в 1924 году - 145. Очень быстро запустили производство. Если в 1922 году на 100000 человек было 2,6 случая отравления спиртным, то в 1928 году - 44 случая.
Декретом СНК 28 августа 1925 года была повсеместно разрешена свободная продажа водки. В 1926 году работало уже около 300 заводов. Однако общий уровень потребления алкоголя в СССР в 20-30-е годы был невысок, в войну мы вошли одной из самых малопьющих стран Европы.

В качестве причины развития пьянства в условиях 1920-х годов можно назвать также, во-первых, расширение продажи пива и общественных функций тогдашних пивных. Дороговизна зрелищ, непривычность для многих клубов, которые заполнялись в основном молодежью, бытовые стереотипы, сделали пивную не только помещением для потребления спиртного, но и по существу наиболее доступным местом пьяного общения. Улучшение материального положения и появление в связи с этим большого свободного времени упрочили данную ситуацию. Во-вторых, развитию пьянства, в качестве фактора, но не причины, способствовал жилищный кризис, который стал остро ощущаться в городах в начале 20-х гг. и дал толчок дальнейшему развитию различных форм общежитий. Заполняли их, в основном, лица, прибывшие из деревни, сами находившиеся в плену старых традиций и, естественно, некритично воспринимавшие подобного рода "бытовое наследие" в городах. Общежития объединяли рабочих, прежде всего на почве пьяного быта, а именно здесь наиболее медленно преодолевались отсталые взгляды и привычки.

Выход из сложившегося положения путем проведения новой серии запретительных мер был бы спасением для страны. Нужно было возродить и мощное трезвенническое движение.

Внешние приметы надвигающегося недуга - дети, убегающие от пьяных родителей, жены, терпеливо ждущие мужей в дни получки у заводских проходных, - фиксировались печатью особенно пристально уже с 1922 года "Окончился пятилетний отдых работниц, когда они видели своего мужа вполне сознательным. Теперь опять начинается кошмар в семье. Опять началось пьянство...", - писала в редакцию "Петроградской правды" группа работниц Московско-Нарвского  района (46). Газеты стали публиковать многочисленные письма и коллективные резолюции протеста против самогонщиков. Их авторы апеллировали не только к совести рабочих, но и к правоохранительным органам. Возмущение пороком определяло и размеры предлагавшихся за него наказаний, зачастую максимальных.

Трудно говорить об алкогольной ситуации и о какой-либо более или менее организованной борьбе с пьянством в начале 1920-х годов. Лишь эпизодически ею занимались местные партийные и комсомольские ячейки, принимая на своих собраниях порой очень последовательные директивы. Например, в начале 1921 года Новгородский губком РКСМ постановил, чтобы к 1 февраля прекратили пить все члены губернского комитета, а к 1 апреля - все остальные рядовые комсомольцы (49). Всплеск пьянства объяснялся «гримасами» новой экономической политики, рассматриваемой в партийных кругах как временное отступление в процессе строительства социалистического общества. Поэтому вполне логичными выглядели упования на изживание пьянства одновременно со свертыванием НЭПа.

Не случайно, именно против самогоноварения был направлен главный удар пропаганды. Одним из первых нанес его Владимир Маяковский агитационным стихом 1923 года «Вон – самогон!». Идеологическая подоплека антисамогонной кампании очевидна: стихи, иллюстрированные автором, трактовали пьянство как политическое зло, провоцируемое врагами Советской власти. Соответственно, борьба с алкоголем уподоблялась борьбе с контрреволюцией. Не случайно очень близка их образная трактовка - в виде зеленого змия.

Правительственные меры двадцатых годов носили и принципиальный, последовательно жесткий характер. Так, в ноябре 1922 года 140-я статья УК РСФСР, предусматривавшая лишение свободы на срок не ниже 1 года с конфискацией части имущества, была изменена в сторону ужесточения карательной практики. Теперь «изготовление и хранение для сбыта, а равно торговля самогоном в виде промысла, с целью личного обогащения, карается - лишением свободы на срок не ниже трех лет со строгой изоляцией, конфискацией всего имущества и поражением в правах на срок до пяти лет». За самогоноварение без цели сбыта и хранение спиртного предусматривался штраф до 500 рублей золотом или 6 месяцев принудительных работ (50). Широкую кампанию борьбы с самогонщиками (по РСФСР в 1923 году было изъято 115 тысяч самогонных аппаратов, а в следующем году - 135 тысяч) стимулировала введенная система премиальных отчислений от штрафов (51). Специальное постановление правительства «О распределении штрафных сумм, взыскиваемых в судебном и административном порядке за незаконное изготовление, хранение и сбыт спиртных напитков и спиртосодержащих веществ» от 20 декабря 1922 года предусматривало поступление половины взысканных сумм для поощрения сотрудников милиции, а остаток делился поровну между «прочими лицами», способствовавшими изъятию и местными исполкомами (52). В целом неэффективной оказалась и деятельность созданной по инициативе Президиума ВЦИК и утвержденной решением Политбюро ЦК РКП(б) 27 сентября 1923 года постоянной комиссии для борьбы с самогоном, кокаином, пивными и азартными играми под руководством П.Г. Смидовича. В рекомендациях комиссии, наряду с мерами административного воздействия и культурно-просветительной работой, ставился также «вопрос о вине и пиве как возможном отвлекающем от самогона». Но вытеснить самогон с помощью продажи пива и виноградных вин никак не получалось. Да и получиться не могло, так как вся история человечества говорит о том, что один наркотик не выгнать из общества другим наркотиком.

Не удивительно, что уже в 1922 году во многих городах довольно частым явлением стали женские кордоны (нередко вместе с детьми) у заводских проходных в дни получки. Весьма типичным для того времени является коллективное письмо работниц Московско-Нарвского района Петрограда в редакцию «Петроградской правды», написанное осенью 1922 года: «Окончился пятилетний отдых работниц, когда они видели своего мужа вполне сознательным. Теперь опять начинается кошмар в семье. Опять начинается пьянство…» (53). Даже в семьях, не пьяниц, расходы на спиртное составляли почти 7% бюджета. Типичный же бюджет московской рабочей семьи в 1924-1925 годах распределялся таким образом: на культурно-просветительские цели - 48 копеек в год, на религию - 3 рубля, на спиртное (без учета того, что пропивает муж) - 44 рубля 85 копеек. (54).

Несмотря на сопротивление значительного числа членов ЦК партии, И.В. Сталину удалось на Октябрьском (1924 года) пленуме ЦК РКП(б) протащить решение о государственном производстве и торговле водкой, правда, как «вынужденную», «грязную» и «временную» меру. На XIV съезде партии в традиционной для него манере Сталин отмечал: «Ежели у нас нет займов, ежели мы бедны капиталами ... то остается одно: искать источников в других областях ... Тут надо выбирать между кабалой и водкой, и люди, которые думают, что можно строить социализм в белых перчатках, жестоко ошибаются» (57). Другими словами, родовые муки социализма решено было облегчить привычным типом анестезии - крепкими спиртными изделиями. Как объяснял председатель правительства А.И. Рыков, лучше иметь «русскую горькую», чем нарождающуюся буржуазию в деревнях, которая нарушает законы, истребляет громадное количество хлеба и удовлетворяет «народную нужду» в водке. Таким образом, «пьяная» выручка получила «созидательное» направление.

Возобновилась традиция ходить в гости с алкоголем по праздничным дням, которых в 1920-е годы было немало. Прибавление к старым религиозным праздникам новых - революционных - просто давало дополнительный повод для пьяного застолья. По данным академика С.Г. Струмилина, собранным в 1923-1924 годах, самой распространенной формой досуга всех слоев городского населения Советской России являлись визиты, которые чаще всего сопровождались пьянкой. В 1923 году даже несовершеннолетние рабочие тратили на приобретение спиртного 4% своего заработка, а у взрослых затраты были еще выше. Сколько же тратилось на покупку самогона, браги и денатурата – неизвестно и трудно поддается подсчетам (55).

Хотя в 1923 году ассортимент спиртных изделий был весьма широк (столовые и десертные вина, крепкие виноградные вина, портвейны и шампанское), но в основном горожане потребляли самогон и пиво (последнее стало любимым пролетарским пойлом - в среде ряда рабочих сложился стереотип ежедневного его потребления), тогда как потребление виноградных вин (совершенно правильно) стояло на одном уровне с денатуратом и политурой (56).

С переходом к НЭПу и в отказе от трезвой политики, как и до революции, губернии России захлестнула пивная волна. Челябинская газета «Советская правда» писала, что в 54-тысячном городе пило все взрослое мужское и половина взрослого женского населения. За первые семь месяцев 1924 года, то есть еще до отмены ограничений, челябинцы поглотили около 40 тысяч ведер пива, потребление которого значительно увеличивалось от месяца к месяцу. Поставок пива из Троицка явно не хватало, поэтому пришлось «подключать» пивные ресурсы Башкирии, Омска, Самары и Свердловска. Тем не менее «напиток пролетариата» до середины десятилетия с трудом конкурировал с самогоном: дешевизна пива явно уступала крепости самогона, примерно, четверть которого в России делалась с применением различных примесей. Наиболее популярными примесями были: хмель, горчица, хрен, бензин, керосин, табак, полынь, перец, куриный помет, известь, купорос, мыльный камень, наркотики, белена, дурман, денатурат и прочая «дурь». Из них бесспорным лидером был табак, а затем шел хмель и купорос. Понятно, что такая «гремучая смесь», нечто среднее между алкоголем и нелегальным наркотиком стояла выше всякой конкуренции в иерархии потребительских извращенных пристрастий.

На основании, введенной 5 октября 1925 года казенной винной монополии, исключительное право на приготовление и продажу 40-градусной водки получил Центроспирт, который выбросил ее на рынок по «демпинговой» цене - 1 рубль за бутылку. Но резко усилившееся в связи с этим пьянство заставило Центроспирт уже через месяц повысить стоимость водки почти в полтора раза. А это, незамедлительно, привело к увеличению самогоноварения. Стремясь победить конкурента в лице тайных производителей алкоголя, госорганы были вынуждены с лета 1926 года снижать цены на водку, доведя до 1,1 рубля за бутылку. Эта мера привела к постепенному исчезновению самогона с городского рынка, а «успехи» в экономической борьбе с самогоноварением, в свою очередь, привели к пересмотру правовых норм. Сначала статья 140 была расчленена, затем приготовление самогона для собственных нужд было переведено в разряд административных нарушений. Постановлением СНК РСФСР от 9 сентября 1926 года были отменены премии милиции, отчисляемые от штрафных денег самогонщиков, а с 1 января 1927 года вступил в силу новый Уголовный Кодекс РСФСР, не предусматривающий наказаний за самогоноварение. Перестало оно преследоваться и в административном порядке (58).

Но уже с 1927 года продажа водки населению была существенно расширена, а «доход» от ее реализации составил около 500 млн. рублей. Доля от продажи спиртных изделий в государственном бюджете в период 1923/24 – 1927/28 гг. выросла с 2% до 12%. Заметим, что в царской России, деньги, вырученные от продажи водки составляли почти треть «пьяного бюджета» – 38% в 1895 г., 31% в 1905 г., 30% в 1909 г. и 26,4% в 1913 г. (61). В новых условиях идея всеобщей трезвости по сути дела становилась антигосударственной. На этом фоне городская среда стала неуклонно дуреть от алкоголя.

Выпускавшаяся в разнообразной таре «рыковка» сделала свое дело. В повседневный быт городского населения все прочнее входила дешевая и доступная водка: если в 1925 году на семью в месяц покупали в среднем 1,5 бутылки, то в 1927 году - 2,4, а в 1928 году – уже 3 бутылки (62). Особенно резко пьянство увеличилось в рабочей среде. Если в Ленинграде, например, в 1924-1925 гг. было выпито 617 тысяч ведер водки, то в 1927-1928 годах потребление выросло до 2063 тысяч ведер. По воспоминаниям современников, в первый месяц после отмены закона трезвости истосковавшиеся по свободной водке жители Челябинска шли в «красногвардейскую атаку» на винные магазины, создавая огромные очереди. В 1927 году, по данным московских профсоюзов, душевое потребление всех видов алкоголя возросло в рабочей среде в 6 раз по сравнению с 1924 годом, а в 1928 году – 8 раз. По материалам другого обследования в 1927 году в крупных городах европейской части РСФСР расходы на пиво и вино только у молодых рабочих составляли 16-17% заработка, что в 1,5 раза превышало затраты на книги. В Ленинграде на вопрос о систематическом потреблении алкоголя утвердительно ответило 58% молодых мужчин и 23% женщин. В маленьком городке Шуя все молодые мужчины пили водку и пиво, причем почти половина из них не скрывала, что при возможности напивались «до потери сознания». В стране увеличилась смертность в результате отравления спиртным: с 2,6 случаев на 100 тысяч человек в 1922 году до 44 – в 1928 году. Возросло и число лиц, страдавших алкогольными психозами. Если в 1922 году они составляли 2% всех зарегистрированных душевнобольных, то в 1927 году их доля возросла почти до 19%. Алкоголизм также стал одной из причин участившихся случаев самоубийств, ставших своего рода знамением этих лет. За первый «полноправный» алкогольный 1925/26 хозяйственный год преступность в крупных городах подскочила в десятки раз, что зафиксировано официальной статистикой. Пьянство породило целую волну хулиганства. Частыми были такие бессмысленные выходки как погромы домов отдыха (например, в Ростове летом 1926 года). Случалось, что пьяные хулиганы бросали палки и камни в низко летевшие самолеты Авиахима: именно так была едва не сорвана первомайская демонстрация в Казани (63, 64). Лакмусовой бумажкой неблагополучного положения в алкогольной сфере стало появление в октябре 1926 года в Ленинграде первых в стране вытрезвителей, а весной 1927 года - наркологических диспансеров.

Усугубление алкогольной обстановки в стране после 1925 года вызвало всеобщую тревогу. С 1928 году развернуло свою деятельность созданное Общество по борьбе с алкоголизмом. Возникновению Общества способствовала долголетняя традиция борьбы с пьянством, проходившая, как правило, при широком участии общественности и обычно в формах каких-либо неправительственных объединений. Появление Общества по борьбе с алкоголизмом было отчасти вызвано деятельностью его предшественников -созданных в 1924 году групп по борьбе с наркотизмом (65).

Несмотря на то, что продажа вин и водки была официально ограничена еще в начале первой мировой войны, а потом политика ограничений была практически подтверждена Советским правительством, многие юноши и девушки поколения 1920-х гг., к сожалению, потребляли алкоголь. По данным 1923 г., более 30% фабрично-заводских подростков Петрограда были знакомы со спиртными изделиями (66). В том же 1923 году рабочие подростки тратили на приобретение вина, водки и пива около 4% своего заработка (67). После официального разрешения продажи водки в 1925 году пьянство в среде молодежи заметно возросло. В некоторых городах РСФСР, согласно данным опросов, молодые рабочие тратили на спиртные изделия уже 16-17% заработка. Возросло количество юношей и девушек, постоянно употребляющих алкоголь. В Ленинграде, по данным 1929 года, из числа опрошенных молодых рабочих систематически выпивали 58% мужчин и 23% женщин; 38% мужчин и 12% женщин полагали, что делают это лишь от случая к случаю (68).

В годы Великой Отечественной войны производство и потребление алкоголя резко сократилось из-за того, что значительная часть алкогольных предприятий была разрушена, оказалась за линией фронта или была перепрофилирована. Потребление алкоголя упало по разным оценкам от двух до шести раз. Это сокращение не компенсировали так называемые «наркомовские 100 грамм», которые, кстати сказать, не принесли никакой пользы фронтовикам, а вот вреда от них было немало.

После войны потребление алкоголя в СССР стало расти. Особенно это ярко выглядело в 50-е годы XX столетия. В 1958 году производство вина и водки по сравнению с 1950 годом удвоилось, а в 1965 - утроилось. К 1980 году прирост стал больше на 300% по сравнению с 1958 годом и составил 8,7 л. на человека, что было намного больше средних мировых показателей. По данным специальных социологических исследований, на 1980 год потребление абсолютного алкоголя было еще больше – около 11 литров, то есть, официальная цифра значительно занижена. Как реакция на рост пьянства с середины 60 гг. XX века в СССР зародилось новое – пятое трезвенническое движение, получившее мощный импульс к развитию после Дзержинской конференции (декабрь 1981 года). (75)

В мае 1985 года издаётся постановление ЦК «О мерах по усилению...». Разработчики документов планировали сделать страну трезвой к 2000 году (т.е. за 15 лет). Снижение производства и продажи алкоголя неизбежно привели к положительным сдвигам. Несмотря на яростное сопротивление алкогольной мафии, благодаря запретительным мерам было спасено от вымирания несколько сотен тысяч человек. И ещё – реальное улучшение ситуации в стране: рост рождаемости, доходов, продолжительности жизни, уменьшение смертности, преступности, разводов, травматизма…
За время действия антиалкогольного Постановления рождалось в год по 5,5 миллионов новорожденных, на 500 тысяч в год больше, чем каждый год за предыдущие 20-30 лет, причём ослабленных родилось на 8% меньше. Увеличилась ожидаемая продолжительность жизни мужчин на 2,6 года. Давайте проиллюстрируем зависимость показателей демографической ситуации в России от уровня государственной продажи алкогольно-наркотических жидкостей за период до 1991 (тогда ещё не было разрушения Советского Союза и связанного с этим обвала экономики).
http://trezvost-kharkov.narod.ru/biblio/drozdov/images/alcogol_russia_1991.emf

http://trezvost-kharkov.narod.ru/biblio/drozdov/images/life_russia_1991.emf
http://trezvost-kharkov.narod.ru/biblio/drozdov/images/birth_and_death_russia_1991.emf

На графиках хорошо видно, что в 1986 уменьшение государственной продажи алкоголя сопровождалось ростом продолжительности жизни, ростом рождаемости, сокращением смертности. Эти демографические показатели начали ухудшаться с конца 1987-го – начала 1988, когда антиалкогольная компания была искусственно свёрнута. Превышение смертности над рождаемостью произошло, как известно, в 1992 (после разрушения Союза), однако естественный прирост населения (разница рождаемость минус смертность) приобрёл резкий излом вниз ещё раньше, в связи с прекращением антиалкогольной кампании.

Антиалкогольная кампания 1985-1988 годов дала богатый материал для изучения позитивного влияния снижения уровня потребления алкоголя на заболеваемость, смертность, продолжительность жизни, рождаемость. Полученные данные однозначно свидетельствуют о положительном влиянии такого снижения на все указанные явления (36). Вместе с тем кампания показала недостаточность только административно-запретительных мер в борьбе за отрезвление народа, хотя они тоже необходимы. В исследованиях Б.С. Братуся продемонстрировано, что для формирования трезвого образа жизни необходимо создание у человека (и особенно у молодого обучающегося) действенных смыслообразующих мотивов поведения, реализация которых требует выполнения целого ряда условий, главное из которых – абсолютное воздержание от алкоголя. То есть, доступность сократилось, но было мало что сделано для изменения мировоззрения населения с прежнего («культурпитейного») на трезвое.
Однако, под давлением алкогольной мафии, и алкоголизированной части населения, через 2,5-3 года антиалкогольные меры были признаны «ошибкой» и начали сворачиваться. А в 1992 году произошло совершенно эпохальное событие в истории производства и потребления спиртных изделий - указ президента Ельцина, отменивший монополию государства на спиртное. Эта монополия просуществовала 68,5 лет и была самой продолжительной после винной монополии Ивана III. Эти новации привели к наводнению Российского рынка дополнительной иностранной отравой, что неизбежно вызвало резкий рост пьянства, алкоголизма и всех последствий, их сопровождающих. Указ 918 от 19 июня 1993 вводит 6-ую в России государственную монополию на алкоголь, которую так и не реализовали. На сегодняшний день в России, пока нет политической воли государства в решении алкогольной проблемы и страна остаётся одной из самых пьяных стран мира. (76) То, что произошло в августе-сентябре 2009 года больше походит на очередную компанию, а не на системную работу по разрешению алкогольной ситуации.
Сегодня наше Отечество переживает небывалую катастрофу. Стремительно уменьшается население нашей Родины. Каждый год безвременно уходит из жизни 700000 – 750000 наших сограждан из-за потребления алкоголя, 350000 - 400000 человек убивает табак, 100000-120000 россиян уничтожается нелегальными наркотиками. Число обездоленных, порвавших из-за алкоголя привычные социальные связи, ныне достигает 11 млн. человек. Несколько лет назад в России насчитывалось около двух миллионов бесплодных семейных пар. Сегодня таких семей уже пять миллионов (в этом основную роль сыграл рост потребления пива). В начале 90-х годов в России было всего 4 социальных приюта, сегодня же их количество перевалило за тысячу. В наши дни из десяти юношей призывного возраста лишь двое могут стать для девушек надёжным спутником жизни. А оставшиеся восемь из десяти, к сожалению, это либо пьяницы, либо наркоманы, либо заболевшие, на почве потребления табака, алкоголя и других интоксикантов. На 100 тысяч человек у нас приходится 584 заключенных, причем значительная часть из них стали ими из-за алкоголя. В то же самое время таковых в Германии – 96, Финляндии – 71, Японии – 54, Исландии – 40, а Норвегии и вовсе около 10 человек. Мы занимаем второе место в мире по количеству авиакатастроф, количеству самоубийств на душу населения, количеству разводов, количеству абортов на душу населения. В то же время, по средней продолжительности жизни женщин мы находимся на 100 месте, а среди мужчин и вовсе - на 145 месте в мире. В Германии 82 процента, среди опрошенных, считают себя по-настоящему счастливыми людьми. Таковых 84% - в Испании, 88% - в Великобритании, 91% - в Люксембурге, 93% - в Швеции, 95% - в Норвегии и только 7% из опрошенных счастливыми считают себя в России.

За время правления Ельцина на 10 млн. человек уменьшилось население страны; на 5 млн. стало меньше детей; около 3 млн. детей не ходили в школу; 5 млн. граждан России жили на улице; в 48 раз увеличилась детская смертность от наркотиков, в 77 раз стало больше детей, заболевших сифилисом; в 13 раз сократился бюджет страны; в 14 раз стало больше организованных преступных групп, которыми контролировалась половина экономики страны. По подсчетам ученых Международной Славянской Академии ущерб экономике России от правления Ельцина и его команды в 8 (!) раз больше, чем от Гитлера в период Отечественной войны.

Среди стран мира самый низкий коэффициент смертности (на 1000 жителей) сейчас в Южной Корее (5,2), Австралии (6,7), Новой Зеландии (7,0), Канаде (7,2), а самый высокий из развитых стран - в России (16,0), Украине (15,4), Болгарии (14,1), Латвии (13,6) и Белоруссии (13,5). Это вроде бы голые цифры, но за каждой из них тысячи и тысячи трагедий. Любая человеческая жизнь – бесценна. Из этого и только из этого нужно исходить в своих действиях. История еще не раз вспомнит величайшее преступление перед человечеством, когда в середине 90-х годов ХХ века Государственная Дума РФ вывела пиво де-юре из списка алкогольных изделий. В то же время, даже самый не искушенный в проблеме наркотизма знает, что пиво это – трамплин в пьянство, алкоголизм и наркоманию.

В Российской Федерации рекордсменами по вымиранию являются: Псковская область (убыль населения за 2004 год минус 15,2 на 1000 человек), Тульская область (- 13,8), Тверская область (-13,7), Ивановская область (-12,7), Новгородская область (-12,8).

Постперестроечный период в России ознаменовался демографической катастрофой, получившей название "русский крест".
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   58

Похожие:

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconСобриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова
Собриология. Наука об отрезвлении общества. /Под ред проф. А. Н. Маюрова. Авторы: А. Н. Маюров, В. П. Кривоногов, Н. А. Гринченко,...

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconПрограмма Итоговой Государственной аттестации по хирургическим дисциплинам...
Под общей редакцией заведующего кафедрой госпитальной хирургии №2 с клиникой, профессора В. В. Гриценко

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconСтудентов на кафедре пропедевтики внутренних болезней. Учебно-методическое...
Внеаудиторная самостоятельная работа студентов на кафедре пропедевтики внутренних болезней. Учебно-методическое пособие для студентов...

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconБактерий
Под редакцией доктора медицинских наук, профессора, зав каф микробиологии гоу впо согма л. Я. Плахтий

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconРоссийский государственный медицинский университет росздрава
Под редакцией заведующего кафедрой детских болезней лечебного факультета ргму, профессора Пауновой С. С

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconМорфология прокариотов (бактерий)
Под редакцией доктора медицинских наук, профессора, зав каф микробиологии гоу впо согма л. Я. Плахтий

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconИнструкция.(01. 01. 01. 21.) Указать правильный ответ
Под редакцией: член-корр. Рамн, заслуженного деятеля науки рф, заслуженного врача рф, д м н., профессора С. Н. Лузина

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconМетодическое пособие для студентов 2-го курса, обучающихся по специальности...
Под редакцией зав кафедрой пропедевтики внутренних болезней профессора В. В. Аникина

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова icon«учение об инфекции» И
Подготовлено коллективом кафедры микробиологии с вирусологией и иммунологией мма им. И. М. Сеченова под общей редакцией заведующего...

Собриология наука об отрезвлении общества под редакцией профессора А. Н. Маюрова iconКонтрольные вопросы по теме занятия: Морфология, культуральные и...
Под редакцией доктора медицинских наук, профессора, зав каф микробиологии гбоу впо согма минздравсоцразвития Российской Федерации...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:


медицина


При копировании материала укажите ссылку © 2016
контакты
d.120-bal.ru
..На главную